Все части здесь. О проекте перевода «Нахдж уль-Балага» читайте здесь.
Хутба 11
Из его наставления своему сыну Мухаммаду ибн Ханафийе, когда он вручал ему знамя в день Верблюжьей битвы.
Пусть дрогнут горы – но ты не дрогни. Стисни зубы, вверь свою голову Аллаху, твёрдо стой на земле, устреми взор в самые дальние ряды врага, но при этом сохраняй взгляд опущенным. И знай, что победа — от Аллаха, пречист Он!
Комментарии
Ибн Мейсам Бахрани:
В этом фрагменте Имам (мир ему) говорит о природе боя и ведения войны. Он предостерегает сына от проявления тревоги или отступления, подчеркивая: «Пусть дрогнут горы – но ты не дрогни».
Высказывание Имама (мир ему) построено как условное суждение — подразумевающее, что даже при смещении гор он не должен менять своего положения, — что означает категорический запрет на отступление. Если следует сохранять непоколебимость даже перед лицом такого события, как перемещение гор (пусть и гипотетически), то, тем более, нельзя допускать колебаний в решимости сражаться из-за менее значительных потрясений. Таким образом, слова Имама (мир ему) представляют собой своего рода гиперболу, призванную исключить возможность отступления.
После этого наставления он дает пять конкретных указаний:
1. Крепко сжать зубы в разгар битвы. Это действие служит двум целям:
А) Сжатие зубов помогает преодолеть слабость и страх. Подобное явление можно наблюдать, например, при сильном холоде или ужасе, когда тело начинает дрожать; если же плотно сжать зубы, дрожь прекращается, и человек вновь обретает контроль над своим телом.
Б) В таком состоянии удар по голове становится менее опасным. Как отмечает Имам (мир ему) в другом месте, во время битвы следует сжимать зубы — это препятствует проникновению меча к головному мозгу, поскольку напряжение мышц придает голове дополнительную прочность и твердость.
2. «Вверь свою голову Аллаху» — это прекрасная метафора, уподобляющая голову предмету, который временно передаётся кому-то другому, а затем возвращается к своему владельцу.
Некоторые комментаторы «Нахдж уль-балага» полагали, что эти слова призваны заверить Мухаммада ибн Ханафийю в том, что он не погибнет в этом сражении, ведь то, что вверено (отдано на хранение) Богу, непременно будет возвращено в целости и сохранности. Это помогает развеять его тревогу и обрести душевный покой.
3. Имам советует ему твердо стоять на земле — так, словно его ноги прибиты к ней гвоздями. Это даёт два преимущества:
А) Помогает подавить тревогу и укрепить решимость сражаться.
Б) Такая позиция свидетельствует о мужестве и стойкости перед лицом трудностей, одновременно ослабляя противника и приближая его поражение.
4. Он наставляет его устремлять взгляд вглубь вражеских рядов: это позволит следить за действиями неприятеля, быть готовым к его уловкам, а также выявлять уязвимые места в его войске.
5. Следует держать глаза полуприкрытыми — это знак хладнокровия, твердости духа и защиты от вреда. Если же пристально смотреть на сверкающие мечи, это может вызвать страх или даже привести к травме глаз. В бою лучше всего смотреть на врага с гневом — искоса, подобно человеку, жаждущему возмездия и выжидающему подходящий момент для удара. Имам (мир ему) в другом месте также советовал: «Смотри на врага гневным взглядом, исподлобья».
Дав сыну эти пять наставлений, Имам (мир ему) напоминает, что победа исходит от Аллаха и подчеркивает необходимость твердого упования на Него.
Мирза Хои:
Повелитель верующих (мир ему) в этих словах указал на различные аспекты ведения войны и методы сражения, дав Мухаммаду шесть наставлений.
Первое касается самой основы победы и успеха — стойкости и удержания своих позиций. На это он указал словами: «Пусть дрогнут горы – но ты не дрогни». Хотя данное высказывание сформулировано как утверждение, по смыслу оно является условным – в качестве выразительной гиперболы, означающей: «Даже если бы горы сошли со своих оснований, ты не должен двигаться с места». Это служит категорическим запретом на отступление; ведь если отступать нельзя даже в столь невероятной ситуации, как смещение гор, то, тем более, это недопустимо при любых других обстоятельствах.
Второй момент заключен в его словах: «Стисни зубы». Сжимание челюстей заставляет меч соскользнуть с черепа, поскольку кости головы при этом становятся более твердыми и напряженными. Как он — мир ему! — отмечал в другом месте: «Стискивайте зубы, ибо это заставляет мечи отклоняться от темени». Кроме того, сжимание зубов помогает укрепить сердце, противостоя трусости и страху — подобно тому, как человек, дрожащий от холода или ужаса, может унять эту дрожь и обрести физическое самообладание, стиснув зубы.
Третий момент выражен словами: «Вверь свою голову Аллаху». Это означает готовность пожертвовать своей жизнью — символически представленной здесь головой — ради повиновения Богу, чтобы она могла быть использована во имя Его религии, подобно тому как заёмщик пользуется взятой у кого-то вещью. Ибн Аби Хадид предполагает, что это может указывать на то, что Мухаммад не погибнет в данном сражении, ведь вещь, взятую в долг, в конечном итоге возвращают владельцу. Если бы он сказал: «Отдай свою голову Аллаху», это означало бы, что воину суждено принять мученическую смерть.
Четвертый момент — то, на что он указал словами: «Твёрдо стой на земле». Тут использован глагол ватада – «вбивать», «вколачивать», откуда ватад – «кол», «столб». То есть по смыслу эта фраза означает: «Вбей свои ноги в землю, как колья». Это способствует стойкости, укрепляет решимость и служит признаком отваги.
Пятый момент представляет собой указание: «Устреми взор в самые дальние ряды врага», — то есть широко раскрой глаза, подними взгляд и охвати взором самые края вражеского войска, чтобы ясно видеть, навстречу чему ты движешься. Так ведет себя смелый, бесстрашный воин, сохраняющий полное спокойствие. Трусливый же человек, напротив, чувствует, как его дух слабеет, а сердце начинает трепетать; он опускает глаза и склоняет голову, будучи не в силах ни поднять взгляд, ни выпрямить шею.
Шестой момент — слова: «При этом сохраняй взгляд опущенным». Имеется в виду, что, осмотрев поле боя, следует отвести глаза от блеска вражеских мечей и сияния их доспехов. Ведь пристальный взгляд на сверкающие клинки может породить страх и смятение.
Кроме того, дав наставления о правилах ведения боя, Имам (мир ему и благословение Аллаха) добавляет: «И знай, что победа — от Аллаха, пречист Он!». Это призвано укрепить стойкость воина через упование на Аллаха, в соответствии со словами Всевышнего: «Если Аллах окажет вам поддержку, то никто не одолеет вас» (3: 160).
Здесь уместно привести некоторые подробности «Битвы верблюда» — в частности, те, что имеют отношение к данному контексту, — дабы пролить свет на обстоятельства, при которых были произнесены эти слова Али (мир ему).
В «Бихаре» со ссылкой на «Манакиб» и «Китаб аль-джамаль» приведено, что Али (мир ему) выступил со своими войсками утром в пятницу, 10-го числа месяца джумада сани 36-го года хиджры. На правом фланге находились Малик Аштар и Саид ибн Кайс, на левом – Аммар и Шурайх ибн Хани, в центре — Мухаммад ибн Аби Бакр и ‘Ади ибн Хатим, на фланговых участках — Зияд ибн Ка‘б и Худжр ибн ‘Ади. Командование отрядами, находившимися в засаде, было поручено Амру ибн Хамику и Джундабу ибн Зухайру, а командование пехотой — Абу Катаде аль-Ансари. Свое знамя Имам (мир ему) доверил Мухаммаду ибн Ханафийе.
Затем он удерживал свои войска на позициях с момента утренней молитвы до полуденной, обращаясь к противостоящей стороне с призывами. Айше он сказал: «Аллах повелел тебе оставаться в своем доме; побойся Аллаха и вернись». Тальхе и Зубейру он сказал: «Вы держите своих собственных жен в уединении, однако вывели жену Посланника Аллаха (да благословит Аллах его и его семейство) и подтолкнули её (к участию в войне)». Они ответили: «Мы пришли лишь для того, чтобы добиться справедливости за пролитую кровь Усмана и обеспечить решение вопроса (о руководстве) путем совета (шура)».
Айша была облачена в кольчугу, а её паланкин — укреплен железными пластинами и также покрыт кольчугой. Этот паланкин служил знаменем для жителей Басры; он был установлен на верблюде по кличке «Аскар».
Ибн Мардавайх в книге «Фазаиль» («Достоинства») приводит, опираясь на восемь различных цепочек передатчиков, слова Повелителя верующих (мир ему), обращенные к Зубейру: «Разве ты не помнишь тот день в Медине, когда ты шёл рядом со мной, беседуя, и навстречу нам вышел Посланник Аллаха (мир ему и его семейству)? Увидев тебя рядом со мной, он спросил, когда ты улыбнулся мне: “О Зубайр, любишь ли ты Али?” Ты ответил: “Как же мне не любить его, если между нами родственные узы и братство ради Аллаха — связи, подобных которым у меня нет ни с кем другим?” Тогда Пророк сказал: “Настанет день, когда ты будешь сражаться против него, будучи на лжи”. Ты воскликнул: “Упаси Аллах от этого!”»
Услышав всё это, Зубайр ответил: «Клянусь Аллахом, это правда». Тогда Повелитель верующих (мир ему) спросил: «И вот ты пришёл, чтобы сразиться со мной?»
Зубейр ответил: «Упаси Аллах от этого!». Имам (мир ему) сказал: «Оставь это дело! Ты присягнул мне по доброй воле, а теперь хочешь развязать войну — что же изменилось?» Зубейр ответил: «Это правда. Клянусь Аллахом, я не буду сражаться против тебя».
В «Хильяту аулия» приведено, что Абдуллах, сын Зубейра, после этого стал кричать ему: «Ты поступил как трус! Ты поступил как трус!» Он ответил: «Сын мой, людям хорошо известно, что я не трус. Однако Али напомнил мне о том, что я слышал от Посланника Аллаха, поэтому я дал клятву не сражаться». Его сын сказал: «Освободи своего раба — пусть это будет искуплением за твою клятву».
В книге «Нузхат аль-абсар» приводится высказывание Хаммама Сакафи: «Неужели он освободил Макхуля (своего раба), для того чтобы ослушаться своего Пророка?!»
Согласно другому сообщению, Айша сказала: «Нет, клянусь Аллахом! На самом деле ты испугался мечей сына Абу Талиба — длинных, острых клинков в руках доблестных воинов. А если ты их испугался, то знай: многие до тебя тоже их боялись».
В итоге он вернулся на поле боя. Повелителю верующих (мир ему) сообщили, что Зубейр вернулся в гущу сражения, и он ответил: «Оставьте его. Этим человеком руководит чужая воля».
Затем он (мир ему) произнес: «О люди! Опустите взоры, стисните зубы и чаще поминайте своего Господа. Остерегайтесь многословия, ибо оно ведет к слабости и поражению».
Айша наблюдала за ним, когда он перемещался между двумя рядами, и сказала: «Посмотрите на него: его действия подобны действиям Посланника Аллаха в день битвы при Бадре. Клянусь Аллахом, он лишь ждёт, когда солнце минует зенит (перед решающим натиском)». Али (мир ему) сказал: «О Айша! “Через малый срок они окажутся раскаявшимися” (23: 40)».
Воины хотели наступать, но он остановил их, сказав: «О Аллах, я привёл им доводы и предоставил отсрочку. Будь же Ты свидетелем против них за меня». Затем он взял свиток Корана и попросил кого-нибудь прочитать им аят: «Если две группы верующих сражаются между собой, то примирите их» (49: 9). Выступил Муслим Муджаши‘и со словами: «Я готов». Али (мир ему) предупредил его, что он может лишиться правой и левой рук и быть убитым, на что Муслим ответил: «Это не имеет значения, о Повелитель верующих; это лишь малая жертва на пути Аллаха».
Он взял свиток Корана и призвал их к Аллаху. Тогда его правую руку отсекли, и он подхватил свиток левой, но и её отсекли, — тогда он удержал его зубами, пока не был убит. Его мать сложила такие строки:
«О Господь, Муслим пришел к ним,
Неся ясное откровение и призывая их —
Читая Книгу Аллаха, не страшась их,
Но они оставили его залитым кровью —
Пусть же и их собственные бороды будут так же обагрены!»
Али (мир ему) произнёс: «Теперь битва поистине началась». Он сказал Мухаммаду ибн Ханафийе, державшему знамя: «Пусть дрогнут горы – но ты не дрогни…» (и далее, как упоминалось ранее).
После короткой паузы воздух наполнился криками людей под градом стрел. Али (мир ему) воскликнул: «Вперёд, сын мой!» Мухаммад бросился в атаку, сражаясь с яростным напором. Али (мир ему) произнес:
«Сражайся так, как сражался твой отец, — и будешь воспет;
Нет блага в войне, пока она не разгорится —
Мечами и копьями, что бьют точно в цель,
Уколами пик и клинками из индийской стали!»
Затем он приказал Малику Аштару начать наступление. Аштар атаковал и убил Хилала ибн Ваки‘а, командира правого фланга «Верблюжьего войска».
Тем временем Тальха подбадривал людей, взывая: «О рабы Аллаха, стойте твердо! Стойте твердо!» Как сообщает Балазури, Марван ибн Хакам произнес: «Клянусь Аллахом, это самый удобный день для мести за Усмана!». Затем он выпустил стрелу в Тальху, попав ему в колено. Повернувшись к Абану ибн Усману, он сказал: «Я избавил тебя от одного из убийц твоего отца». Кутайби в книге «Маариф» отмечает, что именно Марван убил Тальху в «день Верблюда», ранив его в ногу. Химьяри пишет:
«Стрела, пущенная рукой, что издавна в предательстве погрязла,
Пронзила защиту надменного Тальхи.
Стрела из рук проклятого Марвана —
Из рода правителей, лишенных, впрочем, всякой добродетели».
И еще он говорит:
«Средь лязга копий Тальха —
Широкоплечий, могучий — был застигнут врасплох.
Стрела с острым наконечником, омытая его собственной кровью,
Вонзилась в самое сердце.
Он пал в рядах тех, кто откололся от общины —
Тех, кто отринул врата прямого пути и благодатный источник».
Повелитель верующих (мир ему) предпринял атаку на племя Дабба; они были рассеяны, словно пепел, подхваченный яростным штормовым ветром. Зубейр попытался отступить, но его настиг Амр ибн Джурмуз, который отсёк ему голову и принёс её Повелителю верующих (мир ему).
Айше сказали: «О Айша! Тальха и Зубейр убиты, а Абдуллах ибн Амир ранен рукой Али. Не лучше ли тебе заключить с ним мир?» Она ответила: «Дело вышло за пределы того, чтобы заключить мир, и стало слишком серьезным, чтобы ограничиваться лишь упреками».
Один за другим выходили воины, хватаясь за поводья верблюдицы, — и так погибло девяносто восемь человек. Айша взывала во весь голос: «О люди, будьте стойки! Поистине, лишь благородные проявляют стойкость!».
Стрелы пронзили её паланкин, и он стал похож то ли на крыло орла, то ли на иглы дикобраза. Повелитель верующих (мир ему) сказал: «Вижу, что сражается с вами именно этот паланкин — подрежьте верблюду сухожилия!» Согласно другому сообщению, было велено перерезать сухожилия на ногах животного, ибо оно – сам сатана. Али (мир ему) сказал Мухаммаду ибн Аби Бакру: «Следи внимательно: как только верблюд упадет, подойди к своей сестре и защити ее».
Один человек из племени Дабба подрезал верблюду сухожилия на одной ноге, а затем Абд ар-Рахман — на другой, отчего животное рухнуло на бок. Аммар перерезал ремни паланкина, и Али (мир ему) приблизился, ударив по паланкину своим копьем. Он спросил: «О Айша, разве это то, что повелел тебе Посланник Аллаха (мир ему и его семейству)?» Она ответила: «О Абу ль-Хасан, ты победил — прояви же доброту; ты обрел власть — будь же снисходителен».
Али (мир ему) сказал Мухаммаду ибн Аби Бакру: «Возьми свою сестру под свою опеку; пусть никто другой к ней не приближается». Мухаммад обратился к ней: «Что же ты с собой сделала? Ты ослушалась своего Господа, отбросила покрывало, утратила свою неприкосновенность и подвергла себя смертельной опасности».
Затем он отвёл её в дом Абдаллаха ибн Халафа Хузаи. Она взмолилась: «Заклинаю тебя, найди Абдуллаха ибн Зубейра — жив ли он, ранен или мертв». Мухаммад ответил: «Он был целью Аштара». Затем Мухаммад вернулся в лагерь, нашёл его и сказал: «Садись, о тот, кто навлёк беду на своих родных!» Он привёл его к ней. Она закричала и заплакала, а затем сказала: «О брат, попроси у Али гарантию безопасности для него». Мухаммад отправился к Повелителю верующих (мир ему) и попросил предоставить тому безопасность, на что Али (мир ему) ответил: «Я даровал ему безопасность — точно так же, как я даровал её всем остальным людям».
Верблюжья битва произошла в местности аль-Хурейба; сражение началось во второй половине дня и завершилось к вечеру. На стороне Повелителя верующих (мир ему) было двадцать тысяч человек, в том числе восемьдесят участников битвы при Бадре, двести пятьдесят тех, кто присягнул на верность под Деревом, и тысяча пятьсот сподвижников Пророка (С). В войске Айши насчитывалось тридцать тысяч человек или более, среди которых шестьсот выходцев из Мекки. Катада утверждал, что в день Битвы верблюда погибло двадцать тысяч человек. Кальби сообщил, что из рядов сторонников Али (мир ему) погибло тысяча семьдесят всадников.
Что же касается того, кто подрезал жилы верблюду Айши, то изначально это сделал Повелитель верующих (мир ему). Также высказываются мнения, что это был Муслим ибн ‘Аднан, либо некий человек из числа ансаров, или же кто-то из племени Зухль.
Скажем теперь несколько слов о личности Мухаммада ибн Ханафийи. Он известен как «Ибн Ханафийя» (сын Ханафийи), поскольку его мать, Хаула бинт Джафар ибн Кайс, происходила из племени Бану Ханифа.
Передают, что Али (мир ему) посылал Мухаммада в гущу опасных сражений, в то время как Хасана и Хусейна (мир им) он от подобных ситуаций оберегал. Однажды Мухаммада спросили: «Почему твой отец подвергает тебя такой опасности на войне, но не поступает так же с Хасаном и Хусейном?» Он ответил: «Они — его глаза, а я — его правая рука; своей правой рукой он защищает свои глаза».
Скажу так: этот ответ сам по себе свидетельствует о величии его достоинства, высоком положении и чистоте его души. Передают, что когда Мухаммад ибн Ханафийя замешкался перед началом атаки в Верблюжьей битве, Али (мир ему) взял знамя и потряс ряды вражеского войска. Затем он передал знамя Мухаммаду со словами: «Пусть этот поступок сотрет прежнее колебание; ансары — с тобой». Он приставил к нему Хузейму ибн Сабита, известного как «Зу-Шахадатайн» («Обладатель двух свидетельств»), вместе с большой группой ансаров, среди которых было немало ветеранов битвы при Бадре. Мухаммад предпринял несколько яростных атак, вытеснив противника с занимаемых позиций и проявив исключительную доблесть.
Ансары сказали: «О повелитель верующих! Если бы не то высокое положение, которое Всевышний Аллах даровал Хасану и Хусейну, мы бы не поставили никого из арабов выше Мухаммада». Али (мир ему) ответил: «Разве можно сравнивать моего сына с сыновьями Посланника Аллаха?»
Также передано, что Имам (мир ему) призвал Мухаммада ибн Ханафийю, вручил ему своё копье и велел: «Направь это копье на верблюда Айши». Мухаммад отправился в путь, но племя Бану Дабба преградило ему дорогу. Когда он вернулся к отцу, и Хасан (мир ему) взял у него копье, подошел к верблюду и нанес ему удар. Затем он вернулся к отцу; на копье остались следы крови. Мухаммад от досады покраснел, но Повелитель верующих (мир ему) сказал: «Не чувствуй себя ущемленным: ведь он — сын Пророка, а ты — сын Али».
Я говорю: это лишь некоторые из его заслуг и добродетелей, проявленных еще при жизни его отца — мир ему! Что же касается периода после его смерти, то он оставался твёрд в своей приверженности шиизму и был искренне предан руководству двух своих братьев — мир им обоим, — а впоследствии и своего племянника, Али ибн Хусейна Саджада, мир ему.
Это подтверждается тем, что передал шейх Кулейни — да освятит Аллах его место упокоения — в «Кафи», приведя цепочку передатчиков, восходящую к Муфаззалю ибн Умару, что Имам Садык (мир ему) сказал:
Когда приблизился час смерти Хасана ибн Али (мир ему), он произнес: «О Канбар, посмотри, нет ли за дверью верующего, который не принадлежит к семейству Мухаммада (да благословит Аллах его и его семейство)». Канбар ответил: «Аллаху, Его Посланнику и сыну Его Посланника ведомо лучше». Хасан (мир ему) сказал: «Позови ко мне Мухаммада ибн Али». Он отправился к нему и сказал: «Ответь на зов Абу Мухаммада (Имама Хасана, мир ему)». Он поспешил застегнуть ремешок сандалии, даже не поправив его как следует, и выбежал вместе со ним.
Хасан (мир ему) сказал ему: «Присядь. Тому, кто подобен тебе, не подобает отсутствовать, когда произносятся слова, способные оживить мертвых и умертвить живых. Будьте сосудами знания и маяками прямого пути — ведь даже дневной свет различается по своей силе. Разве ты не знаешь, что Аллах — Благословен Он и Возвышен — назначил потомков Ибрахима (мир ему) имамами, отдав одним предпочтение перед другими? Он также ниспослал Псалмы Давуду (мир ему), и тебе хорошо известно об особых достоинствах, которыми Бог наделил Мухаммада (да благословит Бог его и его Семейство). О Мухаммад ибн Али, я опасаюсь, что другие могут позавидовать тебе — а зависть Аллах приписывает неверующим, ибо Он говорит: “...Из зависти в них самих, после того как истина стала для них очевидной” (2: 109).
Впрочем, Аллах не дал сатане власти над тобой. О Мухаммад ибн Али, рассказать ли тебе, что я слышал от твоего отца о тебе?» Тот ответил: «Да». Он сказал: «Я слышал, как твой отец — мир ему — в День тени (в Басре) провозгласил: “Кто желает проявить ко мне доброту в этом мире и в мире грядущем, пусть проявит доброту к моему сыну Мухаммаду”. О Мухаммад ибн Али! Если бы Я пожелал поведать тебе — еще тогда, когда ты был лишь каплей в чреслах своего отца, — Я мог бы это сделать. О Мухаммад ибн Али! Разве ты не знаешь, что после Моей смерти и исхода Моей души из тела, Имамом, который станет Моим преемником, будет Хусейн ибн Али? Согласно Книге Аллаха, он наследует от Пророка — да благословит Аллах его и его Семейство — то, что Аллах соединил с наследием, полученным им от отца и матери. Аллах избрал Мухаммада — да благословит Аллах его и его семейство — из вашей среды, Мухаммад избрал Али — мир ему! — а Али избрал меня для имамата. Я же избрал Хусейна».
Мухаммад ибн Али ответил ему: «Ты — Имам, и через тебя я обретаю связь с Мухаммадом — да благословит Аллах его и его Семейство. Клянусь Аллахом, лучше бы моя душа покинула тело прежде, чем я услышал бы от тебя эти слова! В глубине моего разума рождаются мысли — неисчерпаемые, словно поднятые из бездонного колодца, и непоколебимые перед лицом самых яростных ветров; они подобны глубокому тексту, начертанному на драгоценном свитке. Я стремлюсь выразить их, но обнаруживаю, что они уже были предвосхищены — подобно ниспосланным Писаниям или вестям, принесенным посланниками. Это такое знание, перед которым запинается язык говорящего и бессильна рука пишущего; даже если бы кто-то обрел перо и бесконечное множество свитков, он никогда не смог бы в полной мере описать твоё достоинство. Так Аллах воздаёт тем, кто творит добро. И нет силы, кроме как у Аллаха. Хусейн обладает среди нас самым глубоким знанием, величайшим терпением и наиболее близким родством с Посланником Аллаха (да благословит Аллах его и его Семейство). Он был знатоком права еще до того, как был сотворен, и читал божественное откровение еще до того, как научился говорить. Если бы Аллах знал кого-то лучше Мухаммада (да благословит Аллах его и его Семейство), Он не избрал бы Мухаммада. И когда Аллах избрал Мухаммада, а Мухаммад избрал Али, а Али избрал тебя Имамом, а ты избрал Хусейна — мы покорились и обрели довольство. В ком еще мы могли бы найти такое успокоение и к кому еще могли бы обратиться для разрешения наших сложных дел?»
Абу Убейда и Зурара передали со слов Имама Бакира (мир ему), что он сказал:
Когда Хусейн (мир ему) был убит, Мухаммад ибн Ханафийя послал за Али ибн Хусейном (мир ему). Он отвёл его в сторону и сказал: «О племянник мой, ты знаешь, что Посланник Аллаха вверил преемство и имамат после себя Повелителю верующих (мир ему), затем — Хасану, а после него — Хусейну (мир им обоим). Твой отец — да будет доволен им Аллах — погиб, не оставив завещания. Я — брат твоего отца. В силу моего происхождения от Али (мир ему), а также моего возраста и старшинства, я имею на это больше прав, чем ты, учитывая твою молодость. Поэтому не оспаривай у меня преемство и имамат и не спорь со мной об этом».
Али ибн Хусейн (мир ему) ответил: «Бойся Аллаха и не претендуй на то, что тебе не принадлежит! Предостерегаю тебя от того, чтобы оказаться в числе невежд. Мой отец — да пребудут с ним благословения Аллаха — вверил мне это дело перед своим отправлением в Ирак и подтвердил еще раз за час до своей мученической гибели. Более того, оружие Посланника Аллаха (да благословит Аллах его и его семейство) находится у меня. Не настаивай на своём, ибо я опасаюсь, что это может привести к сокращению твоей жизни и краху твоих дел. Аллах Всемогущий и Величественный определил преемство и имамат в потомстве Хусейна (мир ему). Если хочешь убедиться в этом, отправимся к Черному камню, дабы получить от него решение и спросить его об этом деле».
И они направились к Чёрному камню. Али ибн Хусейн (мир ему) сказал Мухаммаду ибн Ханафийе: «Начни ты. Воззови искренне к Аллаху и попроси Его сделать так, чтобы Камень заговорил с тобой». Мухаммад стал усердно взывать к Аллаху и обратился к Камню, но тот не ответил. Али ибн Хусейн (мир ему) сказал: «О дядя, если бы ты был преемником и Имамом, он бы ответил тебе».
Мухаммад сказал ему: «Тогда воззови к Аллаху ты, о сын моего брата, и попроси Его». Али ибн Хусейн (мир им обоим) обратился с мольбой к Аллаху Всемогущему и Величественному с тем, о чем просил, а затем произнес: «Я заклинаю Тебя Тем, Кто вложил в тебя завет пророков, завет преемников и завет всех людей: поведай нам, кто является преемником и Имамом после Хусейна ибн Али (мир ему)».
Камень шелохнулся, едва не сдвинувшись со своего места, после чего Аллах Всемогущий и Величественный даровал ему способность заговорить на ясном арабском языке: «Поистине, преемство и имамат после Хусейна ибн Али — сына Фатимы, дочери Посланника Аллаха, — принадлежат тебе».
Услышав это, Мухаммад ибн Али удалился, всецело признав вилаят Али ибн Хусейна (мир ему).
Добавить комментарий