Оставив шум напрасной круговерти,

теченье дней и суматоху лет,

юдоль из боли, тления и смерти,

я дал любви незыблемый обет

и взгляд направил в сторону Медины,

к могиле той, следов которой нет.

 

Там родина в изгнание чужбины

для избранных творений облеклась,

там горьких слёз горящие рубины

оплакали потерянную связь

плодов любви пророческого сада,

что в Фатиме от вечности сплелась.

 

Душа Хейдара, сердце Мухаммада,

но суть и свет всех праведных сердец —

она навеки прочная ограда

в религии, что дал её отец,

и в Доме том, которому порогом

Престол творений выстроил Творец.

 

Пречистая, очищенная Богом,

она резцом от всякой темноты

отрезана, но к солнечным чертогам

возводит нас, что злы и нечисты.

Клянусь душой, вся чистота Марии —

лишь капля в море этой чистоты!

 

Пусть от Марии был рождён Мессия —

от Фатимы Имамы мирозданья,

как из земли колосья золотые,

поднялись к небу мудрости и знанья.

Так Фатима, в себе зерно отмерив,

дала семи колосьям очертанья.

 

Творенье выше всех прочих творений,

царица небес среди женщин земли,

она — ночь свершения всех повелений,

где тысячи месяцев суть обрели.

В неё нисходит незримым потоком

строй ангелов вплоть до восхода зари.

 

Блеск молнии из светлых глаз Пророка

сквозь Фатиму, как пламенная сила,

низвергся вниз, и с вечного порога

верховный Трон и семь небес пронзила,

струясь вовне из сущности её,

любовь, что движет солнце и светила.

 

О разум! Смири свой напрасный полёт,

надеясь познать её скрытую суть,

а слёзы — пролейтесь, как лава течёт,

в морях её бедствий стремясь утонуть,

и ты, о дыханье, сдавись и замри,

как дверью в тот день сдавили ей грудь!

 

Не дом ли пророчества, что от двери

в тот проклятый час обложили огнём?

Не то ли семейство, что Бог наделил,

хотели тогда сжечь всех вместе живьём?

И разве младенец, не видевши свет,

вкусил темень смерти во чреве её?

 

И что за лицо в фиолетовый цвет

удар нечестивца окрасил в тот миг?

И что за плеть оставила след

на женской руке, как змеиный язык?

И что за ноги, друг друга тесня,

в угодьях Али растоптали цветник?

 

Недолго терпели они с того дня,

как солнце Пророка покинуло свет,

в сердцах своих злобную месть затая,

нарушили клятву и данный обет:

спроси дверь Фатимы, или спроси

могилу её, чьих следов в мире нет.

 

Примечание: 

Так Фатима, в себе зерно отмерив,

дала семи колосьям очертанья —

согласно 261-му аяту суры «Бакара»: «Зерно, которое вырастило семь колосьев, в каждом колосе сто зерен». Имён непорочных семь — Мухаммад, Али, Фатима, Хасан, Хусейн, Джафар, Муса. И об этом говорится в 87-м аяте суры «Хиджр»: «Мы даровали тебе семь повторяемых (масани) и великий Коран». Масани – множественное число от «масна», буквально означающего «повторяемое». Это связано с тем, что имён непорочных — семь, и некоторые из них повторялись.

2 комментария

  1. Надир

    Ассаламу алайкум, брат Амин! Спасибо Вам за стихи. Получил огромный Нур-Свет. Я получил ответ на свой вопрос. Спасибо. Дай бог Вам долгих лет!

    Ответить
    • Админ

      Ва алейкум ассалам, брат! Спасибо за отзыв! Йа Захра!

      Ответить

Добавить комментарий

Ваш адрес эл. почты не будет опубликован.