Глава из книги «Мунтаха ль-амаль» шейха Аббаса Кумми, посвященная сире (биографии) второго Имама и внука Пророка (С) Хасана Муджтабы (А).

Глава 1. Его рождение

Известно, что рождение Имама Хасана (А) было ночью на середину месяца рамадан третьего года хиджры, или второго года хиджры, согласно другой версии.

Его благородное имя – Хасан, и в Торе оно известно как Шаббар, которое имеет то же значение в иврите. Именем старшего сына Харуна (А) было Шаббар.

Его кунья – Абу Мухаммад. В числе его прозвищ (лакаб) – Сейид (господин), Сибт (внук), Амин (верный), Худжжат (довод), Барр (праведный), Муджтаба (Избранный).

Шейх Садук передал от Имама Саджад (А): «Когда Фатима (А) родила Хасана (А), она сказала Али (А): “Дай ему имя”. Он сказал: “Я не буду опережать Посланника Аллаха (С) в его назывании”. И он вышел, а Хасан (А) был в жёлтых пелёнках. Посланник Аллаха (С) снял их и заменил на белые»[1].

И в другом хадисе передано, что Посланник Аллаха (С) опустил ему в рот свой язык, так чтобы он пососал его. А затем сказал Али (А): «Как ты его назвал?» Он ответил: «Я не стал опережать в этом Посланника Аллаха (С)». Пророк (С) сказал: «А я не стану опережать в этом моего Господа». И Аллах внушил Джабраилу: «У Мухаммада родился сын: спустись же к нему и передай ему приветствие и поздравь его от меня и скажи ему: “Али по отношению к тебе – как Харун по отношению к Мусе: так назови его так, как Харун назвал своего сына”».

И Джабраил спустился к Пророку (С), поздравил его и сказал: «Аллах велит тебе назвать его именем сына Харуна». Он спросил: «А каким было его имя?» Он сказал: «Шаббар». Пророк (С) сказал: «Мой язык арабский». Джабраил сказал: «Назови его Хасаном». И он назвал его так.

А когда у Али (А) родился второй сын, он велел назвать его в честь второго сына Харуна (А) Шубейром, и он назвал его Хусейном (А).

Передал шейх Арбили в «Кашфу ль-гумма», что Имам Хасан (А) был белым, с чёрными глазами, ровными щеками, волосы на его животе были посередине, его борода была густой, его шея была прямой и светлой, как серебро, его кости и плечи были широкими. Из всех людей он являлся самым красивым, его тело было на крайней степени стройности и красоты, а его волосы были кудрявыми[2].

Передано от повелителя верующих (А): «Хасан ибн Али более всех похож на Посланника Аллаха (С) от головы до груди. А Хусейн ибн Али более всех похож на Посланника Аллаха (С) в том, что ниже этого»[3].

 

Глава 2. Достоинства и благородные качества Имама Хасана (А)

Передано, что Посланник Аллаха (С) посадил Хасана (А) на колени и сказал: «Кто любит меня – пусть любит его»[4].

И он говорил: «О Аллах, я люблю его и люблю тех, кто любит его»[5].

И передано, что Посланник Аллаха (С) молился, и тут пришли Хасан (А) и Хусейн (А) и взобрались на него. Когда он поднялся из саджды, то с крайней осторожностью снял их со спины и поставил на землю. Закончив намаз, он посадил их себе на колени и сказал: «Кто любит меня, пусть любит этих двух»[6].

Он также сказал: «Хасан и Хусейн – два украшения Трона. И Рай сказал: “О мой Господь! Ты поселил во мне слабых и ничтожных”. Он сказал: “Разве ты не доволен тем, что Я украсил твои столпы Хасаном и Хусейном?”»[7].

И передано, что однажды Посланник Аллаха (С) выступал с минбара, как раздался плач Хасана и Хусейна (А). Тогда он вскочил в страхе и сказал: «О люди! Ребёнок – испытание. Я вскочил из-за них, как будто потеряв разум»[8].

Посланник Аллаха (С) сказал: «Хасан и Хусейн – два повелителя юношей Рая».

Он сказал: «Хасан и Хусейн – два моих благоуханных цветка».

Шейх Садук передал, что Имам Садык (А) сказал: «Хасан ибн Али ибн Аби Талиб (А) был самым поклоняющимся из людей своего времени, самым аскетичным и достойным. Когда он совершал хадж, то делал это пешком и шёл с голыми ногами. Когда он вспоминал смерть, плакал, и когда вспоминал могилу, плакал, и когда вспоминал воскрешение, плакал, и когда вспоминал Сбор, плакал, и когда вспоминал прохождение по мосту Сират, плакал, а когда он вспоминал предстояние перед Аллахом, терял сознание.

Когда он вставал на молитву, его поджилки тряслись пред Господом миров, и когда он вспоминал Рай и Ад, содрогался и просил Аллаха о Рае и прибегал к Нему от Ада.

Он не читал в Книге Аллаха слов “о вы, которые уверовали”, не сказав: “лаббейк, о Аллах, лаббейк”. Его не видели в другом состоянии, кроме как поминающим Аллаха. Он был самым правдивым из людей и самым красноречивым из них»[9].

Передано в «Манакибе» Ибн Шахр-Ашуба, что когда он совершал омовение (вузу), его поджилки тряслись, и цвет его кожи становится жёлтым. Он говорил: «Тот, кто встаёт перед своим Господом, должен становиться жёлтым, и его поджилки должны трястись»[10].

Также передал Ибн Шахр-Ашуб от Имама Садыка (А), что Имам Хасан (А) совершал хадж двадцать пять раз пешком и разделял своё имущество между бедняками два или три раза.

К его терпению относится то, что однажды человек из Шама, увидев его, стал сыпать проклятьями и насмешками в адрес Хасана (А), его отца (А) и его Ахль аль-Бейт (А). Соратники Хасана (А) вынули мечи из ножен и ринулись, чтобы убить сирийца, но были остановлены Имамом (А), который спустился с лошади, поприветствовал сирийца и со всеми благородными манерами спросил его: «Мне видится, что ты чужак в этих краях, о, брат арабов, не так ли?». «Да», — отвечал тот, — «я из Сирии, и я являюсь сторонником повелителя правоверных Муавии ибн Аби Суфьяна». Хасан (А) снова поприветствовал его и сказал: «Ты мой гость». Но сириец отверг приглашение. Однако Хасан (А) настаивал, пока тот не согласился.

Имам (А) в течение всего периода принятия гостя (согласно обычаю, три дня) прислуживал ему сам и был исключительно любезен с ним. На четвёртый день сириец показал признаки раскаяния и сожаления по поводу своего поведения по отношению к Хасану ибн Али ибн Аби Талибу (А). Он вспомнил, как проклинал его и насмехался над ним, и вот теперь тот так добр к нему и так щедр! Он извинился перед Хасаном (А) и умолял его простить своё прошлое поведение.

Имам Хасан (А) спросил его: «Ты читал Коран, о брат арабов?» Тот ответил: «Я знаю наизусть весь Коран». – «Знаешь ли ты, кто такие Ахль аль-Бейт, от которых Аллах удалил всякую скверну и которых Он очистил полным очищением?» — «Это Муавия и семейство Абу Суфьяна».

Присутствующие были удивлены таким ответом. Имам Хасан (А) улыбнулся и сказал ему: «Я — Хасан ибн Али; мой отец — двоюродный брат Пророка (С) и муж его дочери; моя мать — Фатима Захра, госпожа женщин всех миров; мой дед — Посланник Аллаха и господин пророков и посланников (С). Мой дядя — Хамза, господин мучеников, и Джа̒фар Тайар. Мы — Ахль аль-Бейт, которых Аллах — хвала Ему! — очистил и уважение к которым Он предписал всем мусульманам. Мы — те, кого благословили Аллах и ангелы Его, указав мусульманам благословлять их. Я и мой брат Хусейн — господа юношей Рая».

Затем Имам Хасан (А) перечислил некоторые достоинства Ахль аль-Бейт (А), дабы открыть ему глаза на правду, вследствие чего сириец смог узреть свет, так что он заплакал и принялся целовать обе руки Хасана (А) и его лицо, щедро восхваляя его и проклиная своё поведение. Он сказал: «Клянусь Аллахом, кроме Которого нет иного бога! Когда я вошёл в Медину, не было человека на земле, более ненавистного мне, чем ты! Теперь же я ищу приближения к Аллаху через любовь к тебе, подчинение тебе и отвержение тех, кто враждует с тобой!».

Тогда Имам Хасан (А) повернулся к своим сторонникам и сказал: «И вы хотели убить его, тогда как он был невиновен! Если бы он знал правду, то не был бы нашим противником! Большая часть мусульман Шама — такие же, как он. Если бы они узнали истину, то пошли бы за ней». Затем он процитировал аят из Корана: «Не равны добро и зло. Оттолкни зло тем, что лучше, и тогда тот, с кем ты враждуешь, станет для тебя словно близкий любящий родственник» (41:34)[11].

Передано, что однажды человек пришёл к Имаму Хасану (А) и сказал: «О сын повелителя верующих! Умоляю тебя ради того Господа, Который дал вам такие дары, которые не подобают никому, кроме вас, спасти меня от моего врага, который угнетает и не милует ни старика, ни ребёнка!» Имам Хасан (А), который сидел, облокотившись на подушку, выпрямился и сказал: «Скажи, кто твой враг, чтобы мы рассудили между им и тобой!» Тот сказал: «Бедность».

Имам (А) помолчал некоторое время, а затем позвал своего слугу и сказал: «Принеси всё, что у нас есть!» Тот принёс пять тысяч дирхамов. Имам (А) сказал: «Отдай их ему!» А потом сказал тому человеку: «Ради того, чем ты просил меня: если этот враг снова придёт к тебе, ищи защиты от него у меня!»[12]

В другом хадисе передано, что к Имаму Хасану (А) пришёл бедняк и стал просить его. Он позвал слугу и спросил: «Сколько есть у нас?» Тот ответил: «Двенадцать тысяч дирхамов». Он сказал: «Отдай их все этому человеку. Ибо я стесняюсь перед ним». Слуга сказал: «Тогда у нас ничего не останется». Имам (А) сказал: «Отдай их все и улучши своё мнение об Аллахе!»

Алламе Маджлиси передал от человека по имени Наджих: «Я видел, как Хасан ибн Али (А) принимал пищу, и рядом была собака. И какой бы кусок он ни ел – давал такой же собаке. Я сказал: “О сын Посланника Аллаха! Не отогнать ли эту собаку от твоей еды?” Он сказал: “Оставь её! Я стесняюсь перед Аллахом принимать пищу, тогда как кто-то живой смотрит на моё лицо, будучи голодным”»[13].

Передал Ибн Шахр-Ашуб из книги Мухаммада ибн Исхака, что он сказал: «Никто после Посланника Аллаха (С) не обладал таким величием, как Хасан (А). Иногда ему выносили коврик у двери его дома, и он садился на него. И вот, никто не решался проходить там перед ним: таким было его величие. Увидев это, он вставал и уходил обратно в дом, чтобы люди могли пройти. Однажды я видел его по дорогу в Мекку идущим пешком. Тогда все люди, видевшие его, тоже спускались со своих верховых животных и начинали идти пешком»[14].

 

Глава 3. История Имама Хасана (А) и его мир с Муавией

После того как верующие утвердились на вере в непорочность Имамов прямого пути (А), они должны подчиняться всему, что исходит от них, и руководствоваться ими, не давая пути для сомнений или возражений. Ибо всё, что они совершают – от Господа миров. А потому возражения им – возражения Аллаху.

Передали шейх Садук и Муфид, что Имам Хасан (А) сказал в проповеди после гибели повелителя верующих (А): «Мы – победоносная партия Аллаха, приближённое семейство Посланника и его пречистые Ахль уль-Бейт. Мы – одна из двух драгоценностей, которые оставил Посланник Аллаха (С) среди своей уммы, сказав: “Я оставляю вам две драгоценности – Книгу Аллаха и мой род”. Мы неотделимы от Книги Аллаха, и нам предоставлен её тафсир и тавиль, и в нас заключена очевидность её истины. Так подчиняйтесь же нам, ибо подчинение нам является обязательным и соединённым с подчинением Аллаху и Посланнику (С)! Аллах сказал: “О те, которые уверовали! Подчиняйтесь Аллаху, подчиняйтесь Посланнику и обладателям власти среди вас” (5: 59)».

А затем он сказал: «В эту ночь умер тот, кому никто не подобен в деяниях из первых, и никто не обгонит его из последних. Он сражался вместе с Посланником Аллаха (С) и защищал его самим собой. Посланник Аллаха (С) отправлял его со своим знаменем, и Джабраил был справа от него, а Микаил слева от него. И он не возвращался, пока Аллах не даровал ему победу.

Он умер в ту ночь, когда Иса ибн Марьям (А) был вознесён к своему Господу и когда умер Йуша ибн Нун, преемник Мусы (А), и он не оставил ничего, кроме семиста дирхамов, на которые хотел купить слугу для своего семейства».

Затем на его глазах проступили слёзы, и люди также заплакали вместе с ним. А после этого он сказал: «Я – сын благого вестника. Я – сын предостерегающего. Я – сын призывающего к Аллаху по Его дозволению. Я – озаряющий светильник. Я – из числа Ахль уль-Бейт, любовь к которым Аллах сделал обязательной в Своей Книге, сказав: “Скажи: ʻЯ не прошу у вас за это награды, кроме любви к ближнимʼ. Кто совершит благо, тому Мы прибавим к этому благо” (42: 23), и благо – это любовь к нам, Ахль уль-Бейт».

Ибн Аббас встал перед ним и сказал: «О собрание людей! Это – сын вашего Пророка и преемник вашего Имама: следуйте же ему!» И люди ответили ему: «Как он любим нами и как обязательно подчинение ему!» — и устремились к присяге ему как своему халифу. Это было в пятницу 21-го числа месяца рамадан на 40-м году хиджры. Ему было тогда тридцать семь лет.

Тогда он взял на себя бразды правления и назначил своих наместников, а Ибн Аббаса назначил наместником над Басрой.

Шейх Муфид передал, что когда до Муавии достигли вести о смерти повелителя верующих (А) и присяге людей Хасану (А), он отправил к нему в Куфу шпионов: один из племени Бани Кейн, другой из племени Бани Хумейр. Они сообщали ему всё, что происходит, а также препятствовали осуществлению дел халифата Имама Хасана (А). Имам (А) знал об этом, а потому он велел отрубить голову человеку из племени Хумейр. Другого поймали в Басре и также отрубили ему голову.

Тогда Имам Хасан (А) написал Муавии: «Ты послал ко мне шпионов, как будто ты желаешь встречи. И я не сомневаюсь в этом. Так жди же этого, если будет угодно Аллаху!»

Когда это письмо пришло к Муавии, он написал ответ. И так между ними продолжалась переписка, пока он не собрал большое войско и выдвинулся с ним в Ирак. Он также продолжал подсылать своих шпионов к лицемерам и хариджитам Куфы, из числа тех, которые были в войске повелителя верующих (А), но боялись его меча – таких как Амру ибн Харис, Ашас ибн Кейс, Шибс ибн Рубʻи и подобных им. И он обещал каждому из них, что если тот убьёт Хасана (А), он даст ему сто тысяч дирхамов, одну из своих дочерей в жёны и командование над одним из войск Шама. Так он привлёк к себе лицемеров, так что Имам Хасан (А) был вынужден одевать боевые доспехи под своей одеждой во время намаза, чтобы его не убили из-за угла выстрелом стрелы. Один из хариджитов выстрелил в него из лука во время намаза, но стрела не причинила ему вреда по причине доспехов под его одеждой.

Когда новость о выдвижении Муавии в сторону Ирака достигла Имама (А), он поднялся на минбар, восхвалил Аллаха, благословил Пророка (С) и стал призывать людей к войне. Но никто не ответил ему даже словом.

Когда Удей ибн Хатим увидел это, встал и сказал: «Пречист Аллах! Как отвратительно то, что я вижу! Почему вы не отвечаете вашему Имаму и сыну дочери вашего Пророка?! Куда девалась ваша храбрость? Разве вы не страшитесь Аллаха?»[15]

Тогда встали некоторые из них и сказали: «Мы слушаем тебя и повинуемся. Приказывай же нам!» Он сказал: «Вы солгали. Клянусь Аллахом, вы не подчинялись тому, кто был лучше меня, так как же вы станете подчиняться мне? Если же вы правдивы, то я буду ждать вас в лагере при Нахиля: собирайтесь там».

Когда он прибыл в лагерь, увидел, что большинство из тех, кто обещали подчиниться, не явились туда. Тогда он обратился к ним и сказал: «Вы предали меня, как предали того, кто был прежде меня! Рядом с каким же имамом вы будете сражаться после меня? С неверующим, угнетателем, который никогда не верил в Аллаха и Его Посланника (С)? Он и Омейяды внешне приняли Ислам лишь под угрозой меча»[16].

Затем он направил навстречу Муавии четыре тысячи человек под командованием человека из Бани Кинда, которого звали Хакам. Он велел ему расположиться лагерем в Анбаре и ждать его дальнейших приказов. Муавия узнал об этом и отправил к нему гонцов с письмом, где обещал ему поставить его над некоторыми провинциями Шама и Джазиры, если он предаст Имама (А). Также он отправил ему пять тысяч динаров. И тот человек, проклятие Аллаха над ним, предал Имама (А) и перешёл на сторону Муавии.

Новость об этом достигла Имама (А), и он поднялся на минбар и сказал: «Этот человек из Кинда перешёл на сторону Муавии. Он предал меня и вас. Я уже говорил вам снова и снова: в вас нет преданности. Вы – рабы ближнего мира. Я отправлю вместо него другого человека и знаю, что он сделает то же самое»[17].

Тогда он отправил туда человека из племени Мурад вместе с четырьмя тысячами людей, чтобы он защищал дорогу в Анбар. Он взял с него клятву перед людьми, что тот не предаст его. Когда он отправился в путь, Имам (А) сказал: «Не пройдёт много времени, как он предаст».

И всё так и было, как он сказал. Когда тот достиг Анбара, Муавия отправил ему письмо, подобное тому, которое отправил его предшественнику, а также пять тысяч дирхамов. И тот предал Имама (А) и перешёл к Муавии. После этого Имам (А) встал на минбаре и сказал: «Я уже говорил вам много раз, что вы не станете верны завету Аллаха. Этот человек также предал меня и вас и перешёл к Муавии»[18].

Затем Имам Хасан (А) решил выйти против Муавии и оставил в Куфе Мугиру ибн Науфеля ибн Хариса. Сам же он выдвинулся с войском и остановился в Дейр Абдуррахман. Там к нему собралось войско, общая  численность которого составила сорок тысяч человек.

Затем он позвал Убейдуллаха ибн Аббаса[19] и сказал: «О сын моего дяди! Выступи против Муавии с двенадцать тысячами человек. Если что-то случится с тобой, то командиром станет Кейс ибн Саад, а если что-то случится с ним, то Саид ибн Кейс».

Сам Имам (А) подошёл к Мадаин и остался там на ночь. Когда же наступило утро, он произнёс речь перед людьми, и после этого его войско взбунтовалось против него. Главы племён тайно написали Муавии письмо, обещая подчиниться и выдать ему Хасана (А).

Затем Имаму (А) пришло письмо от Кейса ибн Саада, в котором сообщалось о том, что Муавия предложил Убейдуллаху ибн Аббасу миллион дирхамов, обещая выплатить половину сейчас, а другую половину при своём входе в Куфу. И Убейдуллах ибн Аббас ночью перешёл на его сторону. После этого Кейс ибн Саад взял командование на себя.

После этого для Имама (А) стало ясно, что его войско предало его, и с ним остались лишь немногие избранные шииты, но их было недостаточно для войны с войском Шама.

В то же время Муавия написал ему, предлагая мир и показывая ему письма его сподвижников, которые обещали оставить его и выдать его Муавии.

Увидев эти письма, Имам (А) понял, что нет другого пути, кроме мира, при всём его знании, что на Муавию нельзя положиться, и что он – лжец и обманщик.

После этого он вернулся в Куфу, поднялся на минбар и сказал: «Удивляюсь я людям, у которых нет ни стыда, ни религии! Клянусь Аллахом, они не увидят счастья никогда вместе с Омейядами! Клянусь Аллахом, они дадут им вкусить худшее из мучений! Если бы я нашёл помощников, то не отдал бы ему власть, ибо она запрещена для Омейядов. Горе и унижение вам, о рабы ближнего мира!»

После этого он написал Муавии: «Я желаю оживить истину и умертвить ложь и осуществлять заповеди Книги Аллаха и Сунны Пророка (С). Однако люди не поддержали меня. Теперь я желаю заключить с тобой мир, хотя и знаю, что ты не будешь соблюдать его условия. Так пусть не радует тебя то, что власть перешла к тебе! Скоро ты будешь сожалеть об этом, как сожалели те, которые захватили халифат (у Али, мир ему). Однако их сожаление не принесло им никакой пользы».

Затем он отправил сына своего дяди Абдуллаха ибн Хариса к Муавии, чтобы он взял с него слово и написал договор мира. Этот договор был следующим:

«Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного! Это – то, посредством чего Хасан ибн Али ибн Аби Талиб заключает мир с Муавией ибн Аби Суфьяном. Он заключает с ним мир на том условии, что он не станет выступать против него и будет действовать среди людей на основании Книги Аллаха и Сунны Пророка (С). Муавия ибн Аби Суфьян не имеет права назначать после себя наследника, и люди должны находиться в безопасности, где бы они ни были на земле Аллаха – в Шаме, Ираке, Хиджазе или Йемене. И условием этого договора является то, что сподвижники Али и его шииты будут в безопасности в их жизни, их имуществе, их женщинах и детях. Муавия ибн Аби Суфьян клянется в этом Аллахом и заключает на этом завет с Ним. А также в том, что против Хасана ибн Али, его брата Хусейна и других из Ахль уль-Бейт Посланника (С) не будут строиться козни, тайно или явно, и им не будет причиняться зло, и их не будут устрашать где-либо на земле. И в том, что ругательство Али (А) будет оставлено, как и мольбы против него в кунуте намаза, и что Али (А) и его шииты будут поминаться только добром»[20].

Свидетелями в подписании мирного договора были Абдуллах ибн Харис, Амру ибн Аби Сальма, Абдуллах ибн Амир, Абдуррахман ибн Самара и другие.

После подписания договора Муавия отправился в Куфу и, достигнув Нахиля, остановился там. Был пятничный день. Он прочитал намаз с людьми и в проповеди сказал: «Клянусь Аллахом, я сражался с вами не для того, чтобы вы молились, постились, давали закят или совершали хадж. Но я сражался с вами, чтобы власть над вами перешла ко мне. И Аллах дал мне это, даже если вы этого не хотели. Я оказал милость Хасану и дал ему некоторые вещи, но все они – под моими ногами: я не буду следовать ничему из этого»[21].

Затем он вошёл в Куфу, собрал людей в мечети и попросил Хасана (А), чтобы он поднялся на минбар и сообщил людям, что он присягнул Муавии на том основании, что Муавия – халиф. Он поднялся на минбар, восхвалил Аллаха, благословил Мухаммада (С) и его семейство и сказал: «О люди! Лучшая хитрость – богобоязненность, а худшая глупость – нечестие. Если вы будете искать между Джабалькой и Джабарсой человека, дедом которого является Посланник Аллаха (С), то не найдёте его, кроме меня и моего брата Хусейна. Вы знаете, что Аллах повёл вас по прямому пути через моего деда Мухаммада (С), но при этом вы отвергли его Ахль уль-Бейт. Поистине, Муавия лишил меня права, которое принадлежит мне, а не ему. Но я взглянул на благо этой уммы и решил заключить мир с ним, дабы не проливалась кровь. А вы присягали мне на том, что будете заключать мир с тем, с кем я заключаю мир, и воевать с тем, с кем я воюю. Я решил, что лучше заключить мир с Муавией и остановить войну. Этим я не хотел для вас ничего, кроме вашей пользы и пребывания, и пусть это будет доводом для всех, кто желает этого дела. “Я не знаюможет бытьэто - искушение для вас или же возможность пользоваться благами до определённого времени” (21: 111)»[22].

Тогда Муавия встал и начал обращаться к людям. Он принялся порицать повелителя верующих Али (А) и порицать Хасана (А). Хусейн (А) встал с места, чтобы ответить ему, но Хасан (А) взял его за руку и велел сесть. А потом сам встал и сказал: «О тот, кто упомянул Али! Я – Хасан, а мой отец – Али, а ты – Муавия и твой отец – Сахр. Твой дед — Харб, а мой дед — Посланник Аллаха (С). Твоя мать — Хинд, а моя мать — Фатима; моя бабушка — Хадиджа, а твоя бабушка — Насиля. Так проклянёт же Аллах того из нас, кто хуже происхождением, древнее неверием и сильнее лицемерием!»

Те, кто присутствовали там, сказали: «Амин!» Тогда Муавия спустился с минбара и прервал свою речь[23].

И передано, что когда был заключён мирный договор, Муавия стал требовать присяги себе от Хусейна (А). Имам Хасан (А) сказал: «О Муавия! Оставь его, ибо он не присягнёт тебя, пока не будет убит. А он не будет убит, пока вместе с ним не будет убит его Ахль уль-Бейт, а его Ахль уль-Бейт не будет убит, пока не будут убиты люди Шама».

И передал Табарси в «Ихтиджадже», что когда Хасан ибн Али (А) заключил мир с Муавией, к нему пришли некоторые люди и стали упрекать его за это. Он сказал: «Горе вам! Вы не знаете, что я сделал. Клянусь Аллахом, для моих шиитов то, что я сделал, лучше того, над чем восходит и заходит солнце! Разве вы не знаете, что я — ваш Имам, подчинение которому обязательно для вас, и я — один из двух повелителей юношей Рая, согласно словам Посланника Аллаха (С)?»

Они сказали: «Да».

Он сказал: «Разве вы не знаете, что когда Хизр утопил лодку, возвёл стену и убил юношу, Муса ибн Имран разгневался из-за этого, так как от него была скрыта мудрость того, что он сделал? Однако возле Аллаха это было мудрым и необходимым. Разве вы не знаете, что на шее каждого из нас будет присяга тирану его времени[24], кроме Каима, за которым станет молиться дух Аллаха Иса ибн Марьям? Поистине, Аллах сделает тайным его рождение и сокроет его самого, дабы на нём не было присяги никому, когда он выйдет. Он — девятый из числа потомков моего брата Хусейна и сын госпожи невольниц. Аллах продлит его жизнь в его сокрытии, а потом выведет его из сокрытия Своей силой в облике юноши младше сорока лет, дабы знали, что Аллах способен на всякую вещь»[25].

 

Глава 4. Смерть Имама Хасана (А) и его похороны

Существуют расхождения в дате смерти этого угнетённого Имама (А). Некоторые сказали, что он умер 7-го числа месяца сафар на 50-м году хиджры. Другие сказали, что он умер 28-го числа того же месяца. Известно, что его возраст в то время составлял сорок семь лет. Как передано от Имама Садыка (А): «Абу Мухаммад Хасан ибн Али (А) умер в возрасте сорока семи лет, и между ним и Хусейном (А) разница на период беременности. Беременность же Хусейном (А) длилась шесть месяцев. Абу Мухаммад Хасан (А) был со своим дедом Посланником Аллаха (С) семь лет и был со своим отцом (А) после смерти своего деда (С) тридцать лет. А после смерти повелителя верующих (А) он был Имамом десять лет»[26].

Кутб Раванди передал, что Имам Хасан (А) сказал своему семейству: «Я умру от яда, как Посланник Аллаха (С) умер от яда». У него спросили: «А кто сделает это?» Он сказал: «Моя жена Джуда бинт Ашас ибн Кейс. Муавия даст ей яд и велит сделать это». Ему сказали: «Прогони её из твоего дома и отдали себя от неё!» Он сказал: «Как же я прогоню её, если она ещё ничего не сделала? А если я даже прогоню её, всё равно она будет моим убийцей, но тогда у неё будет оправдание среди людей (что я причинил ей несправедливость)».

Муавия отправил его жене Джуде много денег и ещё обещал сто тысяч дирхамов и обещал дать ей в мужья своего сына Язида, если она отравит Имама (А).

В один из дней Хасан (А) пришёл домой, будучи постящимся. В тот день стояла сильная жара. Когда наступило время ифтара, она дала ему молоко, в которое подмешала яд, отправленный ей Муавией. Когда Имам (А) почувствовал в себе действие яда, сказал: «Аллаху мы принадлежим, и к Нему вернёмся» и восхвалил Аллаха за то, что он уходит из этого бренного мира к вечным садам, где встретит своего деда (С), отца (А), мать (А) и дядь Хамзу и Джафара.

Затем он повернулся к Джуде и сказал: «О враг Аллаха! Ты убила меня, да убьёт тебя Аллах! Клянусь Аллахом, после моей смерти ты ничего не получишь, и тот человек обманул тебя! И Аллах отомстит тебе и ему».

Имам Хасан (А) умер через два дня. А что касается той проклятой, то Муавия ничего не дал ей. И он не выдал её за Язида, сказав: «Если она предала Хасана, то предаст и Язида»[27].

Привёл шейх Муфид, что после того, как был подписан мир, Имам Хасан (А) остался в Медине, будучи терпеливым и скрывающим гнев, пребывая в своём доме, ожидая повеления от своего Господа. И так – пока не прошло десять лет. После этого Муавия решил привести людей к присяге своему сыну Язиду, а это противоречило условиям мирного договора. Также он был очень недоволен величием и известностью Имама (А) среди народа. А потому он решил отравить его.

Муавия выписал яд у царя Рима (Византии) и дал его Джуде бинт Ашас ибн Кейс вместо со ста тысячью дирхамов, а также обещал ей выдать её за Язида. Шейх Муфид приводит, что Имам (А) был болен из-за яда в течение сорока, а не двух дней, а после этого умер в месяце сафар на 50-м году хиджры. Имам Хусейн (А) сделал ему омовение, облачил его в саван и похоронил на кладбище Баки рядом с Фатимой бинт Асад.

Шейх Табарси привёл в «Ихтиджадже» от Амаша от Салима ибн Аби Джаада, что человек пришёл к Хасану ибн Али (А) и сказал: «О сын Посланника Аллаха! Ты унизил нас, сделал шиитов рабами и никого не осталось с тобой!» Имам Хасан (А) сказал: «Почему?» Тот сказал: «Из-за того, что ты отдал правление этому тирану (Муавие)».

Имам (А) сказал: «Клянусь Аллахом, я отдал ему правление только из-за того, что не нашёл помощников для себя! Если бы я нашёл помощников, то сражался бы с ним днём и ночью, пока Аллах не рассудил бы между мной и им. Однако я узнал людей Куфы и испытал их — и не нашёл в них никакого блага. В них нет преданности и нет честности в словах и делах. Они говорят, что их сердца с нами, однако их мечи против нас».

И так он продолжал говорить, пока из его горла не пошла кровь. Он велел принести таз и наполнил его своей кровью.

Тот человек сказал: «Что это, о сын Посланника Аллаха?! Что случилось, почему ты так страдаешь?»

Он ответил: «Этот тиран велел дать мне яд, который разрушил мою печень, так что она выходит из моего рта кусок за куском».

Тот спросил: «Нельзя ли излечить это?»

Он сказал: «Он уже два раза давал мне яд, и это третий. Нет излечения от этого. И стало известно мне, что он написал письмо правителю Рима, прося у него послать ему смертельный яд. Тот написал в ответ: “В нашей религии не дозволяется помогать в убийстве того, кто не воюет с намиˮ. Тогда Муавия написал ему: “Этот яд предназначается для того, кто поднял восстание в Тихама, требуя правления своего отца. Я хочу дать ему яд, чтобы избавить земли и людей от негоˮ. И он отправил ему с тем письмом большие подарки. В ответ правитель Рима прислал ему этот яд, которым он отравил меня»[28].

Передал автор «Кифаяту ль-асар» от Джунады ибн Аби Умейя, что он пришёл к Имаму Хасану (А) во время его болезни, и перед ним стоял таз, в который он сплёвывал кровь, и его печень выходила из его рта кусок за куском от яда, который дал ему Муавия. Он спросил его: «О мой господин! Почему ты не лечишься?» Он сказал: «Что может вылечишь смерть?» Затем он сказал: «Клянусь Аллахом, Посланник Аллаха (С) взял с нас завет, что после него это дело перейдёт к двенадцати Имамам, и нет из нас никого, кто не был бы убит или отравлен».

Затем он отодвинул таз и заплакал. Джунада сказал: «Сделай мне наставление, о сын Посланника Аллаха!» Хасан (А) сказал: «Да. Готовься к путешествию и запасай припасы прежде наступления твоего срока. Знай, что если ты ищешь ближний мир, то смерть также ищет тебя. Не заботься о дне, который ещё не наступил, прежде дня, в котором ты сегодня. И знай, что ты не приобретёшь от имущества больше, чем тебе предназначено, но его хранителями станут другие. Помни, что в дозволенном из этого – расчёт, в запретном – наказание, а в сомнительном – упрёк. Считай ближний мир подобным мертвечине и возьми из него только то, что необходимо: если это будет дозволенным (халяль), то ты будешь в этом аскетичным, а если будет запретным (харам), то ты не увеличишь своё бремя и ношу, но возьмёшь столько, сколько берут из мертвечины (дабы не умереть с голода); а если будет для тебя в этом упрёк, то будет он лёгким.

Действуй для этого ближнего мира, как будто ты собираешься жить вечно[29], и действуй для будущего мира, как будто завтра наступит твоя смерть. И если ты хочешь величия без того, чтобы тебя поддерживали в этом твои сильные родственники, и без того, чтобы быть царём или правителем, то выведи себя из низости неподчинения Аллаху к величию подчинения Аллаху».

Затем его дыхание прервалось, и цвет его лица стал жёлтым. Тогда вошли Хусейн (А) и Асвад ибн Аби Асвад. Хусейн (А) обнял своего брата и поцеловал его в голову и в лоб. Затем он сел возле него, и они долго говорили между собой о тайнах. Абу Асвад сказал: «Аллаху мы принадлежим, и к Нему вернёмся!»

Хасан ибн Али (А) сделал своё завещание Имаму Хусейну (А) и доверил ему тайны имамата – и его дух вознёсся к садам святости[30].

Согласно риваяту от шейха Туси, Хусейн ибн Али (А) вошёл к своему брату Хасану (А) и сказал ему: «Как ты себя чувствуешь, о мой брат?» Он ответил: «Я чувствую себя как в первый день из дней будущего мира и в последний день из дней мира ближнего. Я знаю, что не опережу свой срок и что я встречусь с моим дедом и отцом. Однако мне тяжко расставаться с тобой, моими братьям и друзьями. Я прошу Аллаха прощения за эти слова, но я желаю встретить Посланника Аллаха (С) и повелителя верующих (А), мою мать Фатиму (А) и Хамзу и Джафара. В Аллахе – утешение от всех бедствий и печалей и возмещение всех потерь.

Я видел, о брат мой, свою печень в тазу, и я знаю, кто сделал это и откуда это пришло. Что ты сделаешь с ним, о мой брат?» Хусейн (А) сказал: «Я убью его, клянусь Аллахом!» Хасан (А) сказал: «Я не стану говорить тебе об этом, о мой брат. Но запиши моё завещание: “Это – то, что завещает Хасан ибн Али своему брату Хусейну ибн Али. Он свидетельствует, что нет бога, кроме Аллаха, Единого, без сотоварищей, и что он поклоняется Ему истинным поклонением. Нет Ему сотоварища в Его царстве, и не нужен Ему защитник от унижения, и Он сотворил всякую вещь и определил определением, и Он ближе всех для поклонения и более всех достоин хвалы, и кто подчинился Ему – на истинном пути, а кто ослушался Его – сбился с дороги, и кто покаялся перед ним – встал на путь.

Я завещаю тебе, о Хусейн, прощать тех из моего семейства и детей, которых я оставляю, и принимать их благие дела, и чтобы ты был моим наследником и их отцом. И я завещаю тебе похоронить меня рядом с Посланником Аллаха (С), ибо я ближе к нему и его дому, чем те, кто был похоронен там не по праву. А Аллах сказал: ʻО те, которые уверовали! Не входите в дома Пророка, если только не будет дозволено вамʼ (33: 53). Клянусь Аллахом, это не было дозволено для них при его жизни без его разрешения, а после его смерти не пришло им разрешение. Нам же разрешено распоряжаться тем, что мы унаследовали от него.

А если та женщина будет мешать тебе похоронить меня возле него, то заклинаю тебя тем родством, которое есть между нами, не позволяй возле моего тела пролиться даже капле крови – покуда мы не встретим Посланника Аллаха (С), и он рассудит нас, и мы расскажем ему о том, что встретили от людей после него”»[31].

В риваяте из «Кафи» передано, что он сказал: «Затем перенеси меня в Баки и похорони меня с моей матерью Фатимой Захрой (А). И когда он закончил завещание, его дух покинул тело»[32].

Когда Хасан (А) умер, Хусейн (А) позвал Абдуллаха ибн Аббаса, Абдуллаха ибн Джафара и сына Ибн Аббаса Али, и они подготовили его к похоронам. Затем они вышли и прочитали намаз над ним в мечети. После этого Хусейн (А) велел открыть дом Пророка (С).

Тогда вышли Марван ибн Хакам, род Абу Суфьяна и сыновья Усмана и сказали: «Повелитель верующих Усман, ставший мучеником, угнетённым, был похоронен в худшем месте, тогда как Хасан будет похоронен рядом с Посланником?! Не бывать этому никогда! Мы обнажим наши мечи и копья, но не позволим этому свершиться!»

Хусейн (А) сказал: «Клянусь Аллахом, Который сделал Мекку священной, сыну Фатимы Хасану ибн Али более подобает быть похороненным рядом с Посланником Аллаха (С) в его доме, чем тем, кто вошёл в его дом без его разрешения! И он, клянусь Аллахом, более достоин этого, чем носитель грехов, изгнавший Абу Зарра, сделавший с Аммаром и Абдуллахом ибн Масʻудом то, что он сделал, сдавший в аренду окрестности Медины и приютивший тех, кого изгнал Посланник Аллаха (С)[33]

Тогда Марван оседлал мула и пришёл к Айше, говоря: «О мать правоверных! Хусейн хочет похоронить своего брата Хасана рядом с Посланником Аллаха! Клянусь Аллахом, если он сделает это, то уйдёт весь почёт твоего отца и его друга Умара до Судного Дня!»

Она сказала: «Что же мне делать?» Он сказал: «Иди туда и запрети им хоронить его там!» И он слез со своего мула, а она села на него и отправилась туда.

Ибн Аббас сказал: «Тут я увидел, как приближается толпа, и во главе её женщина, чьё зло я сразу же узнал. Это была Айша, которая восседала на муле, и с ней было сорок мужчин. Он возглавляла их и побуждала их к сражению.

Увидев меня, она сказала: “Подойди ко мне, о Ибн Аббас! Вы стали причиной моих мучений в этом ближнем мире и терзаете меня снова и снова! Вы хотите похоронить в моём доме того, кого я не люблю?!”

Я сказал: “Как удивительно! Один день она на верблюде, а другой на муле! Ты желаешь погасить свет Аллаха, убить наместников Аллаха и запретить похоронить любимого Посланником Аллаха (С) возле него!”

Тогда она бросила себя на землю с осла, легла на дороге и стала кричать: “Клянусь Аллахом, Хасан не будет похоронен здесь, пока на моей голове есть волосы!”»[34].

И в другом хадисе передано, что они стали стрелять в тело Хасана (А) стрелами, так что потом из него было извлечено семьдесят стрел! Хашимиты хотели сразиться с ними, но Хусейн (А) сказал: «Ради Аллаха, помните о завещании моего брата и не проливайте кровь! Клянусь Аллахом, если бы не его завещание, я показал бы вам, как мечи Аллаха берут своё право!»

И они ушли и похоронили Хасана ибн Али (А) в Баки возле его бабушки Фатимы бинт Асад.

Передано, что когда несли его тело, Марван ибн Хакам шёл за ними. Хусейн (А) сказал ему: «Ты строил против него козни, а теперь идёшь за его телом?» Он сказал: «И как же мне не делать это для того, чьё терпение было подобно горам?»[35]

Ибн Шахр-Ашуб привёл, что когда Хасана (А) положили в могилу, Хусейн (А) сказал в стихах:

«Буду ли я умащать свою голову и бороду,

А твоя голова в земле, и ты лишён своих прав?

Мой плач стал долгим, а слёзы текущими,

Ты далёк, а твоя могила близка»[36].

О плаче по Хасану (А) и его зиярате Ибн Аббас передал от Посланника Аллаха (С): «Когда мой сын Хасан будет убит ядом, по нему станут плакать ангелы и семь небес. И будет плакать по нему всякая вещи, даже птицы в небе и рыбы в воде. Кто плакал по нему – глаза того не ослепнут в День, когда ослепнут глаза, и кто печалился по нему – его сердце не будет печально в День, когда будут печальны сердца. Кто совершит его зиярат в Баки – его ноги не подскользнутся в День, когда будут скользить ноги»[37].

 

Глава 5. О тирании Муавии и его преследовании шиитов Али (А)

Известно, что пока был жив Имам Хасан (А), Муавия не мог преследовать шиитов Али (А) так, как хотел. Сердца людей склонялись к нему, и его постоянно упрекали за мирный договор с Муавией, желая восстановить отнятые права и сражаться с ним.

Муавия страшился новой войны, а потому старался обращаться со сподвижниками повелителя верующих (А) с терпением и снисходительностью. Некоторые из них совершали поездки в Шам и там ругали Муавию, однако возвращались целыми и невредимыми. Так продолжалось до пятидесятого года хиджры, когда умер Имам Хасан (А).

Муавия пришёл в Медину по дороге в хадж, и среди тех, кто его встретил, были только Курайшиты, но не было ансаров. Он спросил: «А где ансары?» Ему сказали: «Они бедны, и у них нет верховых животных (чтобы приехать на встречу с тобой)». Муавия сказал: «А где их грузовые верблюды?», — желая тем самым унизить их, потому что так говорили, чтобы указать на незначительных и жалких людей.

Когда вести об этих словах достигли Кейса ибн Саада ибн Ибады, который был господином ансаров и сыном их господина, он был разгневан и сказал ему: «Ансары потеряли своих верблюдов при Бадре и Ухуде, а также при других битвах Посланника Аллаха (С), где они сражались с тобой и твоим отцом за Ислам, пока Ислам не одержал победу».

Тогда Муавия замолчал. Кейс ибн Саад сказал: «Посланник Аллаха (С) сообщил нам, что после него нами будут править угнетатели!» Муавия сказал: «Что же он велел вам делать?» Кейс ответил: «Он велел нам терпеть, пока мы не встретим его. И мы терпим, пока не встретим его»[38].

А затем Кейс сказал: «О Муавия! Ты заботишься о наших грузовых верблюдах? Клянусь Аллахом, вы сражались при Бадре на своих грузовых верблюдах, желая погасить свет Аллаха и утвердить путь шайтана. А потом ты и твой отец были вынуждены принять Ислам, не желая этого».

Затем он стал перечислять достоинства повелителя верующих (А) и сказал: «Когда ансары хотели присягнуть моему отцу, Курайшиты стали спорить с ними, говоря о своей близости к Посланнику Аллаха (С). А после этого они стали угнетать и ансаров, и род Мухаммада (С) вместе. Но клянусь Тем, в Чьей деснице моя душа, нет права на халифат ни у ансаров, ни у Курайшитов, ни у арабов, ни у неарабов – кроме Али (А) и его потомков!»

Эти его слова привели Муавию в гнев, и он сказал: «О Ибн Саад! У кого ты научился этим словам? Ты научился им у своего отца?» Кейс сказал: «Я научился им у того, кто выше моего отца». Муавия сказал: «А кто это?» Он ответил: «Это — Али ибн Аби Талиб, знающий этой уммы и правдивый этой уммы – тот, о ком Аллах ниспослал в Своей Книге: “Скажи: довольно Аллаха свидетелем между мной и вами и того, у кого знание Книги” (13: 43)».

Затем он прочитал множество аятов, ниспосланных об Али ибн Аби Талибе (А). Муавия сказал: «Правдивый (сиддик) этой уммы – Абу Бакр, Фаррук этой уммы – Умар, а тот, у кого знание Книги – Абдуллах ибн Салям».

Кейс сказал: «Нет, это не так, но тот, кто обладает этими именами – это тот, о ком Аллах ниспослал: “Кто имеет ясное знамение от своего Господа, и следует за ним свидетель от него, перед которым книга Мусы, как Имам и милосердие” (11: 17)[39]. И тот, кто обладает ими – это тот, кого Посланник Аллаха (С) установил в день Гадир, сказав: “Кому я повелитель – тому и Али повелитель”, и тот, о ком он сказал: “Ты по отношению ко мне – как Харун по отношению к Мусе, разве что после меня не будет пророка”».

И когда Кейс достиг до этого места, Муавия велел объявить глашатаю: «Кровь и имущество того, кто передаёт хадисы о достоинствах Али ибн Аби Талиба, дозволены».

Затем он подошёл к группе Курайшитов, и они встали, приветствуя его, кроме Абдуллаха ибн Аббаса. Он сказал: «О Ибн Аббас! Ты не встал только потому, что я сражался с вами при Сиффине. Но я делал это потому, что сын моего дяди Усман был убит несправедливо».

Ибн Аббас сказал: «Умар ибн Хаттаб тоже был убит несправедливо».

— Его убил неверный.

— А что Усман?

— Его убили мусульмане.

— Это уничтожает твой довод.

— Мы разослали по всем сторонам света запрет говорить о достоинствах Али и его Ахль уль-Бейт. Удержи же свой язык!

— О Муавия! Ты запрещаешь нам читать Коран?

— Нет.

— Ты запрещаешь нам толковать его?

— Да.

— Значит, мы должны читать его и не спрашивать о том, что имел в виду Аллах? Так что важнее для нас — читать его или действовать по нему?

— Действовать по нему.

— Так как же мы будем действовать по нему, если не знаем, что имел в виду в нём Аллах?

— Пусть толкует его кто-то другой, а не ты или Ахль уль-Бейт.

— Значит, Коран был ниспослан для Ахль уль-Бейт, а спрашивать о нём мы должны семейство Абу Суфьяна. О Муавия! Ты запрещаешь нам поклоняться Аллаху в соответствии с Кораном, тем, что разрешено в нём, и тем, что запрещено в нём? Если умма не будет спрашивать об этом, она разделится и погибнет.

— Читайте Коран и толкуйте его. Но не передавайте хадисов о том, что Аллах ниспослал в нём относительно вас (Ахль уль-Бейт). Передавайте то, что кроме этого.

— Аллах сказал в Коране: «Они хотят затушить свет Аллаха своими устами, но Аллах не допускает иного, как только завершить Свой свет, хотя бы и ненавидели это многобожники» (9: 32).

— О Ибн Аббас! Придержи свой язык! Если не можешь не говорить об этом, то говори втайне, чтобы тебя не слышали люди!

Затем Муавия вернулся в свой дом и отправил Ибн Аббасу сто тысяч дирхамов.

После этого он велел объявить, что с этого дня запрещено передавать хадисы о достоинствах Али ибн Аби Талиба (А) и Ахль уль-Бейт, а кто делает это — его убийство дозволено[40]. И он велел ругать Али (А) со всех минбаров, так что всякая проповедь началась с порицания Али (А) и отречения от него.

Труднее всего при этом пришлось людям Куфы, так как там было много шиитов. Муавия назначил незаконнорожденного Зияда наместником Басры, Куфы и всего Ирака. Он преследовал шиитов, зная их по именам, убивал их повсюду, запугивал, отрубал руки и ноги, распинал их на стволах пальм, выкалывал им глаза и изгонял их, так что они покинули Ирак, и не осталось там ни одного известного шиита. Все они были убиты, распяты, посажены в тюрьмы или изгнаны.

Муавия написал своим наместникам во все земли: «Не следует принимать никого из шиитов Али и Ахль уль-Бейт в качестве свидетеля. И обратите внимание на сторонников Усмана и тех, кто любит его, любит его семейство и рассказывает о его достоинствах. Посещайте их собрания, приближайте их к себе и оказывайте их почести. Записывайте имена тех, кто рассказывает о его достоинствах, а также имена их отцов и названия племён».

Они сделали так, и вскоре появилось много рассказов об Усмане, а Муавия посылал им за это подарки и дорогие одежды и давал им земли, будь они арабами или неарабами. Это распространилось повсюду, и люди принялись соревноваться друг с другом в этом ради денег и ближнего мира. Кто бы ни приходил откуда-то и рассказывал о достоинствах Усмана — его имя записывалось, и он награждался. Так продолжалось очень долго.

Затем Муавия написал своим наместникам: «Хадисов и разговоров об Усмане стало очень много, и они распространились повсюду. Теперь начинайте распространять предания об Абу Бакре и Умаре, их достоинствах и заслугах, ибо это более любимо мной и лучше подходит для опровержения доводов Ахль уль-Бейт».

Всякий командир и судья прочитал его письмо людям, и после этого появилось очень много тех, кто передавал (выдуманные) хадисы о достоинствах Абу Бакра и Умара во всяком месте и во всякой мечети. И он велел записать их в книги и передать их учителям в школах, чтобы те обучали им детей, так же как обучают Корану. И продолжалось это столько, сколько желал Аллах.

Незаконнорожденный Ибн Зияд написал Муавие о хазрамитах, что они стоят на религии Али (А) и мнении Али (А). Тогда Муавия написал ему: «Убей любого, кто стоит на религии Али и на его мнении». И он убил их и пытал их.

Затем Муавия отправил своим наместникам такое письмо: «Ищите в ваших землях шиитов Али, обвиняйте их в любви к нему и убивайте их, даже если не будет никакого доказательства принадлежности человека к шиизму». И они стали убивать людей на основании предположения и подозрения, что те являются шиитами. Человека убивали даже если он допускал какую-то оговорку в словах. Если кого-то обвиняли в атеизме или неверии, то относились к нему гораздо лучше, чем к обвиняемому в шиизме. Шииты нигде не чувствовали себя в безопасности, особенно в Куфе и Басре.

Если к кому-то из них приходил доверенный человек из числа других шиитов, он должен был встречаться с ним тайно, страшась своих слуг и рабов, и разговаривал с ним лишь после того как брал с него клятву никому не рассказывать о разговоре.

Так дело становилось хуже и хуже, и распространилось множество поддельных хадисов. Детей воспитывали на этом, и люди вырастали на лжи, не зная ничего, кроме неё.

Хуже всех были лицемерные чтецы Корана, которые внешне показывали праведность и богобоязненность, но при этом лгали и выдумывали хадисы, чтобы заслуживать благоволение обладателей власти, присутствовать на их собраниях и получать от них деньги, земли и дома.

Постепенно те поддельные хадисы, которые они рассказывали, стали среди людей истиной: они передавали, принимали их, изучали их и обучали им других, любя людей на их основании и ненавидя тех, кто отрицал их или сомневался в них. Они объединились на этом, и так эти поддельные хадисы оказались в руках религиозных людей, которые не любили ложь. Они приняли их, будучи уверенными, что это истина, а если бы знали, что это ложь и подделка, отвергли бы их и не стали бы строить свою религию на основании них и ненавидеть тех, кто отвергал их. Так истина стала ложью, а ложь истиной.

Когда же умер Хасан ибн Али (А), бедствия и смуты ещё больше усилились, и не осталось ни одного друга Аллаха, не страшащегося за свою жизнь, либо убитого и изгнанного, а враги Аллаха открыто распространяли свои заблуждения.

За два года до смерти Муавии Хусейн ибн Али (А) совершил хадж, и с ним Абдуллах ибн Джафар и Абдуллах ибн Аббас. Он собрал Хашимитов, их мужчин, женщин, слуг и шиитов, а также ансаров, которые знали его и его семейство, и собрал сподвижников Посланника Аллаха (С) и их потомков, табиинов и ансаров, известных своим благочестием. Так возле него на долине Мина собралось около тысячи человек — большинство из них табиины и сыновья сподвижников, — и он вышел из своей палатки и обратился к ним с речью. Воздав хвалу Аллаху, он сказал:

«Этот тиран сделал с нами и нашими шиитами то, что вы знаете и что вы видели. Я хочу спросить вас о некоторых вещах. Если я скажу правду, то подтвердите это, а если солгу, опровергните. Выслушайте мои слова, запомните и передайте доверенным людям из числа ваших племён, ибо я боюсь, что истина будет забыта и уйдёт. Но Аллах завершит свой свет, даже если это ненавистно неверным».

И Хусейн (А) не оставил ни одной вещи, которую Аллах ниспослал  о них (Ахль уль-Бейт) в Коране, не сказав об этом. Он рассказал обо всём, что сказал Посланник Аллаха (С) о нём, его отце, матери и семействе. И на всё, что он приводил, сподвижники говорили: «Да, мы слышали это и свидетельствуем об этом». А табиины сказали: «Да, это говорит нам тот, кому следует верить».

Он сказал: «Призываю вас Аллахом: когда вернётесь, передайте это тем, кому доверяете!»

После этого он спустился с минбара, и люди разошлись.

 

Глава 6. О детях Имама Хасана (А)

Относительно детей Имама Хасана (А) и их числа существуют большие расхождения.

Вакиди и Калаби привели, что число его сыновей было пятнадцать, а число дочерей восемь. Ибн Шахр-Ашуб сказал, что у него было пятнадцать сыновей и шесть дочерей. Шейх Муфид привёл, что у него было восемь сыновей и семь дочерей.

Я считаю предпочтительным мнение шейха Муфида.

Первый, второй и третий из его детей: Зейд ибн Хасан, его сестра Умм Хасан и Умм Хусейн. Их мать – Умм Башир бинт Аби Масуд.

Четвёртый: Хасан ибн Хасан, называемый Хасан Мусанна (Хасан Второй). Его мать – Хауля бинт Манзур.

Пятый, шестой и седьмой: Амру ибн Хасан, Касим и Абдуллах. Их мать – невольница.

Восьмой: Абдуррахман. Его мать также была невольницей.

Девятый, десятый и одиннадцатый: Хасан Асрам, Тальха и Фатима. Их мать – Умм Исхак бинт Тальха.

Оставшиеся – это четыре дочери. Их имена: Умм Абдуллах, Фатима, Умм Сальма и Рукайя. И все они были от одной матери[41].

В других источниках упоминаются до двадцати сыновей Имама Хасана (А) и одиннадцати дочерей. Их имена, помимо упомянутых: Али Акбар, Али Асгар, Джафар, Абдуллах Акбар, Абу Бакр, Ахмад, Исмаил, Йакуб, Акыль, Мухаммад Акбар, Мухаммад Асгар, Хамза, Сакина, Умм Хейр, Умм Абдуррахман и Рамля.

Зейд ибн Хасан был первым из сыновей Имама Хасана (А). Он был праведным, целомудренным, знающим, величественным, и поэты слагали о нём стихи.

Зейд ибн Хасан умер в возрасте 90 лет. Насколько это известно, он никогда не претендовал на имамат, и никто не пытался назвать его Имамом. От шиитов впоследствии откололись зейдиты. Их отличие от шиитов-имамитов в том, что шииты следуют сообщениям от Посланника Аллаха (С) об Имамах и их именах и количестве, а согласно этим сообщениям, имамата нет в потомстве Хасана (А). Однако зейдиты считают, что после Хасана (А) и Хусейна (А) имамом может быть всякий, кто взял в руки оружие и поднял восстание. Однако Зейд ибн Хасан известен тем, что совершал такыйю и не выступал против Омейядов.

Известно, что Зейд не присутствовал вместе со своим дядей Хусейном (А) при Кербеле. Однако Абу Фарадж приводит его имя среди присутствовавших там и говорит, что он был уведён в плен к Язиду вместе с другими, а потом вернулся в Медину.

Автор «Умдату талиб» говорит, что Зейд ибн Хасан умер в возрасте ста лет в области между Меккой и Мединой, известной как Хаджиз.

Что касается Хасана ибн Хасана, известного как Хасан Мусанна (Хасан Второй), то он был величественным, благородным, знающим, праведным. Он присутствовал со своим дядей Хусейном (А) при Кербеле. Когда Хусейн (А) был убит, а другие взяты в плен, к нему подошёл Асма ибн Хариджа, который был братом его матери Хауля, и отпустил его. Согласно другим сообщениям, Хасан Мусанна был сильно ранен, и Асма сопроводил его в Куфу и помог ему вылечиться от ран. Оттуда он отправился в Медину, где впоследствии жил. Его женой была дочь Имама Хусейна (А) Фатима.

Передано, что когда Хасан Мусанна сватался к дочерям Хусейна (А), он велел ему выбрать одну из них. Хасан застеснялся и не дал ответ. Тогда Хусейн (А) сказал: «Я отдам за тебя мою дочь Фатиму, ибо она больше всех похожа на мою мать Фатиму Захру (А)». И Хасан женился на ней. У них были потомки.

Он очень сильно любил свою жену Фатиму, и она любила его. Она жила с ним пять лет, а потом он умер в Медине в возрасте тридцати пяти лет и был похоронен в Баки.

Когда Хасан ибн Хасан умер, его жена Фатима разбила на его могиле палатку и оставалась там, выстаивая намазы ночью и постясь днём.

Что касается Амру, Касима и Абдуллаха, то они погибли при Кербеле, сражаясь за своего дядю Хусейна (А). В некоторых источниках приведено, что Амру не погиб, а был взят в плен и присутствовал во дворце Язиде. Об этом мы ещё упомянем.

Из других сыновей Имама Хасана (А), погибших при Кербеле – Абу Бакр ибн Хасан, Абдуллах Асгар и Ахмад ибн Хасан.

Таким образом, если считать, что Зейд ибн Хасан присутствовал при Кербеле, то общее число сыновей Имама Хасана (А), бывших там, составит восемь.

Что касается Абдуррахмана ибн Хасана, то он вышел вместе с Имамом Хусейном (А) в хадж и умер в Абва, будучи в состоянии ихрама.

Что касается Тальхи ибн Хасана, то он был известен своей щедростью, так что его называли «Тальха Щедрый».

Что касается дочерей Имама Хасана (А), то Умм Хасан, которая была от одной матери с Зейдом, была замужем за Абдуллахом ибн Зубейром, а после смерти Абдуллаха Зейд взял её с собой в Медину.

Умм Абдуллах была известна среди других дочерей Имама Хасана (А) своим величием и высотой положения. Она была замужем за Имамом Саджадом (А), и у неё от него было четыре сына – Имам Бакир (А), Хасан, Хусейн и Абдуллах Бахир.

 

[1] «Илалу шараи», том 1, С. 137.

[2] «Кашфу ль-гумма», том 2, С. 171.

[3] «Бихар», том 43, С. 301.

[4] «Кашфу ль-гумма», том 2, С. 188.

[5] Там же.

[6] «Бихар», том 43, С. 275.

[7] «Бихар», том 43, С. 275.

[8] «Манакиб», том 3, С. 385.

[9] «Амали» Садука, С. 150.

[10] «Манакиб», том 4, С. 14.

[11] «Бихар», том 43, С. 344.

[12] «Бихар», том 43, С. 350.

[13] «Бихар», том 43, С. 352.

[14] «Манакиб», том 4, С. 7.

[15] «Бихар», том 44, С. 50.

[16] «Хараидж», том 2, С. 574.

[17] «Хараидж», том 2, С. 575.

[18] Там же.

[19] Не путать с его братом Абдуллахом ибн Аббасом.

[20] «Бихар», том 44, С. 60.

[21] «Бихар», том 44, С. 49.

[22] «Бихар», том 44, С. 65.

[23] «Бихар», том 44, С. 49.

[24] Имеется в виду не присяга как обязательство подчиняться во всём, а присяга как вынужденная необходимость терпеть его тиранию.

[25] «Ихтиджадж», том 2, С. 9.

[26] «Кашфу ль-гумма» Арбили, том 2, С. 206.

[27] «Шаджарату туба», том 2, С. 424.

[28] «Ихтиджадж», том 2, С. 12.

[29] Возможно, значение этих слов в том, что ты должен действовать в ближнем мире, не возлагая на себя лишнюю ношу и не усердствуя чрезмерно: как будто времени для твоих дел очень много.

[30] «Кафаяту ль-асар», С. 266.

[31] «Амали» Туси, С. 160.

[32] «Кафи», том 1, С. 300.

[33] Имеется в виду Усман.

[34] «Бихар», том 44, С. 152.

[35] «Макатилу талибин», С. 49.

[36] «Манакиб», том 4, С. 49.

[37] «Амали» Садука, С. 24.

[38] «Бихар», том 44, С. 124.

[39] Имеющий ясное знамение от своего Господа – Мухаммад (С), следующий за ним – Али (А), и он – Имам и милосердие. Перед ним Книга Мусы (А) в том смысле, что она извещала о нём.

[40] «Книга Сулейма ибн Кейса», С. 199.

[41] «Иршад», С. 194.

Добавить комментарий

Ваш адрес эл. почты не будет опубликован.